Пространства Севера и Сибири: благо или бремя для России?

вторник, 6 апреля, 2010 - 14:49

Член Координационного
совета МГЕР, координатор федеральной программы МГЕР «Я - гражданин»

Взаимоотношения
Центра и регионов в России всегда строились особым образом, что диктовалось не
столько социально-экономическими или политическими, но и
пространственно-географическими условиями. Являясь федеративным государством,
современная Россия вписывается в общую схему осуществления региональной политики,
характерную для всех федераций. Но масштабность страны в целом и огромное
неравенство в развитии регионов в частности предопределили уникальные
специфические российские черты
.

Географическая доминанта является важной имиджевой
составляющей. Полноценный культурный имидж России не может быть сформирован без
опоры на ее территориально-региональную структуру. Географические образы Урала,
Сибири, Алтая, Забайкалья и других регионов играют отнюдь не вспомогательную
роль. Они приковывают к себе внимание, создают позитивные ассоциации,
закладывают систему координат, в которой происходит познание страны в целом.

Размеры национального пространства, с одной стороны,
доказывают величие и мощь страны, с другой, обуславливают ряд проблем, в
частности, наличие в структуре государства большого числа труднодоступных и
удаленных территорий, с которыми сложно установить физическую коммуникацию.

В своем недавнем Послании Федеральному Собранию
Президент России Д.А. Медведев выдвинул тезис о «необходимости и возможности обретения
Россией статуса мировой державы», что будет базироваться именно на территории,
ее богатствах и достоинствах как ключевом факторе. Вместе с тем, Президент
заявил и о необходимости всесторонней модернизации и проведении «умной внешней
и внутренней политики». В региональном аспекте проведение «умной внутренней
политики» может быть реализовано только при ставке на развитие территорий, в
первую очередь, удаленных.

Об удаленности и труднодоступности необходимо
говорить в различных аспектах: удаленность от центра, от основных очагов
развития, мейнстрима политических изменений, социальных преобразований и рынков
сбыта. Труднодоступность рассматривается в дополнение ко всему прочему и
связана с неразвитостью транспортной сферы, а также со сложностями,
обусловленными природно-климатическими условиями.

Принципиально то, что труднодоступные и удаленные
регионы - это политический ресурс в руках государства, которое ими обладает.
Для России это особенно важно, поскольку в нашей стране ресурс, с одной
стороны, актуален, а с другой - потенциален. Однако если под актуальным
состоянием следует понимать политику, направленную на эксплуатацию природных
ресурсов, то под потенциальным - осуществление задач, озвученных Президентом, а
именно: «обеспечение безопасности, улучшение здоровья, доступ к энергии и
доступ к информации».

Ресурсность труднодоступных и удаленных регионов
приоритетна с точки зрения как внешней, так и внутренней политики. Во внешней
политике освоение труднодоступных территорий - это геополитический фактор,
гарант международной стабильность и территориальный императив. Тогда как во
внутренней, при учете тенденции постоянного развития, - это стимулятор
прогресса, политической стабильности и однородности внутри самого государства,
наконец, устойчивого фактора социально-экономической мощи и процветания. Но
сегодня, во все более нарастающих процессах глобализации, грань между
внутренним и внешним стирается, и процесс, рассматриваемый с различных сторон,
становится двуединым.

Алексей Шапошников,
член Координационного совета МГЕР,
координатор федеральной программы МГЕР «Я - гражданин»

Поделиться:
0
0
0

Голоса: 199